, , , ,

Преданные и политики

Том 13, глава 9

23 декабря 2012

Сэр..,

надеюсь, что пишу о своих беспокойствах по адресу. Я связан с ИСККОН и во многом разделяю взгляды преданных. Следя за тем, что пишет на Facebook Индрадьюмна Свами, я отметил, что он сейчас в Южной Африке. И я вижу, что фото, которые он разместил на своей странице 23 марта 2013 г., явно пропагандируют ANC и президента Зума. Весьма расстроен тем фактом, что Индрадьюмна Свами/ИСККОН поддерживает политическую партию. Думаю, ни один духовный лЛидер не должен наставлять политические партии с трибуны или пропагандировать их. Реклама ANC слишком явная.

Буду признателен за ответ,
с уважением, …

************************

Сэр..,

спасибо за ваше письмо. Пишу в ответ на возникшие у вас беспокойства.

В древних обществах Ведической культуры у царя (который в те времена и являл собой правительство) всегда был консультативный совет из священников-брахманов, которые помогали ему принимать решения. Брахманы эти не были политически ангажированы. Они были нужны, только чтобы помогать царю в выполнении его основного долга, который заключался в том, чтобы содействовать духовному высвобождению общества, которым он правил. В противовес ситуации со светскими правительствами нашего времени, тогда священники помогали царю, чтобы быть уверенными: в царстве практикуются принципы религии (чистота, правдивость, милосердие и аскетичность). Брахманы не говорили людям, какой религии им следовать, но поддерживали универсальные принципы религии. Без этих принципов люди в обществе лишены своей истинной цели жизни.

К духовным личностям предъявляется это требование – помогать править обществом. Поэтому, до некоторой степени, они и вовлечены в политику. Политика – это средство управления, и во времена Вед правление влекло за собой две фундаментальных обязанности: помогать людям жить в этом мире и помогать им выбраться из него, т.е. отправиться обратно в их изначальный дом в духовном небе. Царь это понимал, но ему напоминали об этих принципах духовного правления.

Это явно видно из слов Господа Кришны в Бхагавад-гите:

эвам парампара-праптам
имам раджаршайо видух
са каленеха махата
його наштах парантапа

«Эта высшая наука передавалась по цепи ученической преемственности, и так познавали ее праведные цари. Со временем эта цепь была нарушена, и потому это знание в его первозданном виде сейчас утрачено». [ БГ 4.2 ]

В свете этого на мое общение с правящей партией (ANC) надо смотреть не как на амбиции политика или поддержку мной какой-то политической программы. Я, следуя линии Ведической культуры, присутствовал на их недавнем съезде с намерением действовать как брахман, советник. Во вступительной молитве я написал:

«Стоим перед Тобой сегодня, как один народ. Хотя мы родились разными – черными, белыми, индийцами и мулатами, христианами, индуистами, мусульманами, иудеями и последователями духовных традиций Африки, – нас связывает то, что все мы – Твои дети. Пусть же эта изначальная духовная истина будет тем путем, которым мы достигнем гармонии в обществе, который объединит нас в единую нацию с демократическими свободами и равными для всех возможностями».

Это подводит нас к другому важному моменту: правительство и сейчас пытается найти решения для достижения социального единства, но до сих пор безуспешно, несмотря на долгие годы усилий. Потому что выход из этой проблемы – не в области политики. Что бы ни говорили, но существует идеальное духовное решение: перестать сражаться из-за наших явных различий и постараться увидеть, что у нас общего. Что же у нас общего? То, что все мы сотворены одним и тем же Богом. Имея много имен, Бог – один. Поскольку все мы – каждый из нас – сотворены Им, по сути дела, все мы братья и сестры. Если у всех нас один Отец, мы братья и сестры.

Политикам необходимо услышать это. Они принимают и отменяют законы. Но без знания и осмысления – благодаря брахманам – вселенских законов Бога, как они могут эффективно править? Это основная проблема современных политиков: по большей части люди предпочитают Бога игнорировать. Так что, безотносительно к тому, кто у власти, что за партия правит, долг тех, кто знает духовные истины – это направлять лидеров. Если это подразумевает посещение их съездов, чтобы поделиться знанием на их открытии – что же, значит так.

Я и раньше делился этими истинами с демократами, социалистами, коммунистами и царями. Я не состою в ANC. Но как преданный Господа я связан обязательством общаться с этими людьми и смиренно стараться убедить их понять, как именно выправить социальные болезни, с которыми мы сегодня сталкиваемся. Мой духовный учитель, Шрила Прабхупада, как-то сказал одному моему духовному брату: «Напиши книгу «Духовное решение материальных проблем».

Если лидеры не приходят к нам, мы должны идти к ним. Это ясное наставление моего духовного учителя. Он написал в 1972:

«Что касается твоих идей о влиянии на лидеров общества: да, это нужно делать. Если на лидеров можно повлиять и проповедовать в наших интересах, это поможет нам как-то на деле распространять сознание Кришны. Это лучшее служение».

Так что, по сути дела, я использовал трибуну съезда ANC, чтобы поделиться с присутствующими идеалами духовного правления. И должен также сказать, что мы, преданные, были любезно приглашены членами этой организации и приняты со всем уважением и почтением, за что очень благодарны.

В результате моего общения с ANC городской совет Дурбана предоставил нам разрешение провести Фестиваль колесниц на престижной городской набережной. Это позволит познакомить с сознанием Кришны сотни тысяч людей.

Фотоальбом же, сопровождающий мою речь на заседании ANC – это просто запечатление того факта, что мы там были, чтобы поделиться духовными идеалами, чтобы напомнить лидерам об их высочайшей ответственности и чтобы вдохновить их поддержать наш фестиваль на побережье. Если через десять лет у власти будет другая политическая партия, я сделаю то же самое. Пожалуйста, не смотрите на это так, что преданные встречаются с политиками и продвигают политическую партию (ANC или любую другую). Мы продвигаем Кришну. Мы не сможем это сделать, сидя дома. Надо выходить и быть активными, ради Кришны.

«Я рад, что ты вхож к политикам. Это хорошая возможность широко проповедовать, продавать нашу литературу, так что воспользуйся этим преимуществом». [письмо Шрилы Прабхупады Балаванте дасу, 1972]

Харе Кришна,
c наилучшими пожеланиями,
Индрадьюмна Свами

, , , ,

Культурно многообразны, духовно едины

Том 13, глава 8

1 февраля 2013

Ваше Величество король Гудвил Зветилини, Ваше Превосходительство президент Джейкоб Зума, глубокоуважаемый премьер-министр Квазулу-Натала д-р Звели Мкизе, уважаемые министры и члены правительства, дамы и господа!

Благодарю вас за возможность выступать сегодня перед вами. Я перейду сразу к делу. Нет необходимости подробно описывать социальные беды Южной Африки: каждый из нас в той или иной степени испытал на себе репрессии и агрессию и разочаровался в нашем обществе, разделенном по этническим, племенным, религиозным, экономическим и политическим признакам. В глубине души все мы желаем, чтобы это общество было поистине сплоченным: чтобы люди в нем уважали права других и трудились сообща, как единое целое.

Мое сегодняшнее скромное предложение основано на учении древнеиндийских священных писаний, где говорится, что социальное единство возможно, только если мы перестанем обращать внимание на наши различия, и поймем, в чем мы схожи. Что же у всех нас есть общего в этой стране, где один радикально отличается от другого – по языку, экономическому положению, религии или цвету кожи? Общее у нас то, что все мы созданы одним Богом. Задумайтесь на мгновение: если все мы созданы Богом, значит у нас – общий отец. Когда у двух человек общий отец, они – брат и сестра. Когда у четверых общий отец, они – братья и сестры. И когда у пятидесяти миллионов человек общий отец, они – братья и сестры. Что я хотел подчеркнуть, так это то, что все мы здесь, в Южной Африке, – братья и сестры. Бог-Отец – вот общий знаменатель и объединяющий фактор для всех жителей этой страны.

Можно задаться вопросом: какой именно Бог – наш общий отец? Христианский Бог? Мусульманский Бог? Индуистский Бог? Иудейский Бог? Нет. Подобно тому, как одно и то же солнце в разных частях света называется по-разному, так и Бог известен под разными именами, такими как Христос, Аллах, Адонай, Кришна и Ун-кулун-кула*. Очень важно это понять: для того, чтобы достичь настоящего единства общества, мы должны подняться надо всеми, даже религиозными, различиями. Другими словами, мы должны объединиться на духовном уровне, осознавая, что все мы – части и более огромной семьи, семьи Бога. Есть такая пословица о семейных узах: «Кровь гуще воды». Если мы поймем, что Бог – это Верховный Отец и все мы – Его дети, ничто не сможет разрушить наши узы.

Еще один важный момент: если мы осознаем идентичность друг другу, то наши различия будут не разделять нас, но дополнять. В симфоническом оркестре отдельные инструменты явно отличаются, но стоит им заиграть вместе под управлением дирижера, эффект – просто удивительный. Если все мы, – и африканцы, и белые, и цветные, и индийцы, – научимся уважать друг друга и осознаем ту нашу общую особенность, что все мы – вечные слуги верховного дирижера, Бога, – тогда в Южной Африке будет социальная сплоченность.

Движение Харе Кришна пытается продемонстрировать этот принцип единства, пропагандируя совместное воспевание имен Бога. Как результат, по всей стране в любом нашем центре есть мини-сообщества африканцев, белых, цветных и индийцев, живущих в полном согласии друг с другом. Мы хотим поделиться нашей удачей с другими и пытаемся ломать социальные барьеры практически, в повседневной жизни. Например, на протяжении последних двадцати четырех лет наше Движение распространило десятки миллионов тарелок горячей сытной пищи в бедных пригородах и деревнях Квазулу-Натала. И сегодня мы обещаем сотрудничать с другими, чтобы добиться ни многого, ни малого – «Южной Африки без голода». Когда дети этой страны накормлены, они могут сосредоточиться на учебе, а за образованием последует карьера и стабильность. Когда жизнь граждан стабильна, преступность и насилие идут на спад, люди становятся более открытыми друг к другу, великодушными и способными увидеть, в чем они похожи.

Мы стараемся достичь социального единства, организуя во время пасхальных каникул в конце марта на набережной Дурбана грандиозное культурное событие, Фестиваль колесниц. Тема этого фестиваля схожа с темой нашей сегодняшней программы: «Культурно многообразны, духовно едины». Мы приглашаем все этнические и религиозные группы принять участие в семинарах и выступить на главной сцене. Король Гудвил уже милостиво принял наше приглашение.

В заключение я бы хотел сказать следующее: давайте и с уважением относиться к нашим различиям, и осознавать, что все мы связаны одними узами, будучи детьми Бога, – чтобы действительно стать “радужной нацией”, страной, в которой люди разного цвета кожи и разных культур объединены на платформе духовности. Есть такая пословица: «По краям у радуги – горшочки с золотом». В такой стране, как Южная Африка, благословленной многообразием культур и религий, горшочком золота поистине станет проявляемое друг к другу уважение и чувство гордости за нацию, которое охватит нас, если мы, наконец-то, осознаем, что все мы – братья и сестры.

Победив социальные недуги Южной Африки, жители этой великой страны однажды объединятся в пример всему миру. Это возможно. Это не какая-то мечта. Это не фантазия, ибо Веды говорят: вашудхайва кутумбакам: “Весь мир – это одна семья”.

Да благословит вас всех Господь. Да благословит Господь Южную Африку.

Харе Кришна.

_________________

 

* “Бог” на языке зулусов ( прим. перев.)

* * *

26 марта 2013
Претензия

Сэр,

Надеюсь, что пишу о своих беспокойствах по адресу. Я связан с ИСККОН и во многом разделяю взгляды преданных. Следя за тем, что пишет на Facebook Индрадьюмна Свами, я отметил, что он в Южной Африке. Я увидел, что фото, которые он разместил на своей странице 23 марта 2013 г., явно пропагандируют ANC и президента Зума. Весьма расстроен тем фактом, что Индрадьюмна Свами/ИСККОН поддерживает политическую партию, – думаю, ни один Духовный Лидер не должен с трибуны наставлять политические партии или пропагандировать их. Реклама ANC слишком явная.

Буду признателен за ответ,
с уважением, …

************************

Сэр,

Спасибо за ваше письмо. Пишу в ответ на возникшие у вас беспокойства.

В древности, согласно Ведической культуре, у царя – который в те времена и являл собой правительство – всегда был консультативный совет из священников-брахманов, которые помогали ему принимать решения. Брахманы эти не были политически ангажированы. Они были нужны, только чтобы помогать царю в выполнении его основного долга, который заключался в том, чтобы содействовать духовному высвобождению общества, которым он правил. В противовес ситуации со светскими правительствами нашего времени, тогда священники помогали царю, чтобы быть уверенными: в царстве практикуются принципы религии (чистота, правдивость, милосердие и аскетичность). Брахманы не говорили людям, какой религии им следовать, но поддерживали универсальные принципы религии. Без этих принципов люди в обществе лишены своей истинной цели жизни.

К духовным личностям предъявляется это требование – помогать править обществом. Поэтому, до некоторой степени, они и вовлечены в политику. Политика – это средство управления, и во времена Вед правление влекло за собой две фундаментальных обязанности: помогать людям жить в этом мире и помогать им выбраться из него, т.е. отправиться обратно в их изначальный дом в духовном небе. Царь это понимал, но ему напоминали об этих принципах духовного правления.

Это явно видно из слов Господа Кришны в Бхагавад-гите:

evam parampara praptam
imam rajarsayo viduh
sa kaleneha mahata
yogo nasta parantapa

«Эта высшая наука передавалась по цепи ученической преемственности, и так познавали ее праведные цари. Со временем эта цепь была нарушена, и потому сущность знания кажется сейчас утраченной». [БГ 4.2]

В свете этого на мое общение с правящей партией (ANC) надо смотреть не как на амбиции политика или поддержку мной какой-то политической программы. Я, следуя линии Ведической культуры, присутствовал на их недавнем съезде с намерением действовать как брахман, советник. Во вступительной молитве я написал:

«Стоим перед Тобой сегодня, как один народ. Хотя мы родились разными – черными, белыми, индийцами и мулатами, христианами, индуистами, мусульманами, иудеями и последователями духовных традиций Африки, – нас связывает то, что все мы – Твои дети. Пусть же эта изначальная духовная истина будет тем путем, которым мы достигнем гармонии в обществе, который объединит нас в единую нацию с демократическими свободами и равными для всех возможностями».

Это подводит нас к другому важному моменту: правительство и сейчас пытается найти решения для достижения социального единства, но до сих пор безуспешно, несмотря на долгие годы усилий. Потому что выход из этой проблемы – не в области политики. Что бы ни говорили, но существует идеальное духовное решение: перестать сражаться из-за наших явных различий и постараться увидеть, что у нас общего. Что же у нас общего? То, что все мы сотворены одним и тем же Богом. Имея много имен, Бог – один. Поскольку все мы – каждый из нас – сотворены Им, по сути дела, все мы братья и сестры. Если у всех нас один Отец, мы братья и сестры.

Политикам необходимо услышать это. Они принимают и отменяют законы. Но без знания и осмысления – благодаря брахманам – вселенских законов Бога, как они могут эффективно править? Это основная проблема современных политиков: по большей части люди предпочитают Бога игнорировать. Так что, безотносительно к тому, кто у власти, что за партия правит, долг тех, кто знает духовные истины – это направлять лидеров. Если это подразумевает посещение их съездов, чтобы поделиться знанием на их открытии – что же, пусть так.

Я и раньше делился этими истинами с демократами, социалистами, коммунистами и царями. Я не состою в ANC. Но как преданный Господа я связан обязательством общаться с этими людьми и смиренно стараться убедить их понять, как именно выправить социальные болезни, с которыми мы сегодня сталкиваемся. Мой духовный учитель, Шрила Прабхупада, как-то сказал одному моему духовному брату: «Напиши книгу «Духовное решение материальных проблем».

Если лидеры не приходят к нам, мы должны идти к ним. Это ясное наставление моего духовного учителя. Он написал в 1972:

«Что касается твоих идей о влиянии на лидеров общества, – да, это нужно делать. Если на лидеров можно повлиять и проповедовать в наших интересах, это поможет нам как-то на деле распространять сознание Кришны, – это лучшее служение».

Так что, по сути дела, я использовал трибуну съезда ANC, чтобы поделиться с присутствующими идеалами духовного правления. И должен также сказать, что мы, преданные, были любезно приглашены членами этой организации и приняты со всем уважением и почтением, за что очень благодарны.

В результате моего общения с ANC городской совет Дурбана предоставил нам разрешение провести Фестиваль колесниц на престижной городской набережной. Это позволит познакомить с сознанием Кришны сотки тысяч людей.

Фотоальбом же, сопровождающий мою речь на заседании ANC – это просто запечатление того факта, что мы там были, чтобы поделиться духовными идеалами, чтобы напомнить лидерам об их высочайшей ответственности и чтобы вдохновить их поддержать наш фестиваль на побережье. Если через десять лет у власти будет другая политическая партия, я сделаю то же самое. Пожалуйста, не смотрите на это так, что преданные встречаются с политиками и продвигают политическую партию, – ANC или любую другую. Мы продвигаем Кришну. Мы не сможем это сделать, сидя дома. Надо выходить и быть активными, ради Кришны.

«Я рад, что ты вхож к политикам. Это хорошая возможность широко проповедовать, продавать нашу литературу, так что воспользуйся этим преимуществом» [письмо Шрилы Прабхупады Балаванте дасу, 1972].

 

Харе Кришна,
С наилучшими пожеланиями,
Индрадьюмна Свами

 

 

 

, , , ,

Место счастья

Том 13, глава 6

26 ноября 2012

 

Пока наше такси медленно пробиралось к аэропорту через делийские пробки, Шри Нама Ванамали Кришна дас повернулся ко мне и спросил:

– Зачем вы едете в Бутан? Там же все – буддисты.

– Ну, вообще-то, – ответил я, – это долг санньяси: путешествовать по миру и проповедовать сознание Кришны, особенно в таких местах, где люди ничего или совсем немного знают о нашей духовной традиции.

– Но, насколько мне известно, в Бутане обращать в другую веру запрещено, – сказал Шри Нама.

– Это правда, – согласился я, – но мы и не собираемся этого делать. Если мы просто проедемся по стране и пообщаемся с ее жителями, то я уверен, что кто-то заинтересуется сознанием Кришны. К тому же я еду в Бутан кое-чему научиться.

– Чему, например? – спросил Шри Нама.

– Я читал, что и правительство, и сами жители Бутана очень трепетно хранят свою древнюю духовную культуру, с большой осторожностью внедряя достижения научно-технического прогресса. Мне чрезвычайно интересно, как в наше время изначальные ценности могут поддерживаться до такой степени. Я уверен, что мы, ИСККОН, могли бы кое-чему у бутанцев поучиться.

Уже в течение многих лет Бутан осуществляет уникальную программу развития общества, основанную на принципе так называемого “валового национального счастья”. Согласно этой программе, улучшения в материальной и духовной сферах должны подкреплять и дополнять друг друга. Их король недавно сказал, что валовое национальное счастье гораздо важнее валового национального продукта.

– Прямо как царь времен ведической цивилизации, – сказал Шри Нама.

– Я слышал, что люди любят его, – ответил я. – В наши дни это большая редкость. Послушай, что пишут в буклете для туристов. Это из его речи на коронации в 2008:

“В ходе своего правления я никоим образом не стану господствовать над вами как царь. Я буду защищать вас как отец, заботиться о вас как брат и служить вам как сын. Я буду отдавать вам всё, не оставляя себе ничего. Я буду вести жизнь добропорядочного человека, достойную того, чтобы вы посчитали ее примером для своих детей. Я не преследую никаких личных целей, а только лишь стремлюсь оправдать ваши надежды и чаяния. Я буду всегда служить вам, и днем и ночью, в духе добра, справедливости и равенства”.

– Вот это да! – воскликнул Шри Нама. – Напоминает описанное в “Шримад-Бхагаватам” правление Махараджи Юдхиштхиры. Тогда все жители страны были счастливы.

– По данным недавнего опроса, – сказал я, – 45.2 % бутанцев считают себя очень счастливыми, 51.6 % – счастливыми и только 3.2 % – несчастными. Хотелось бы на это посмотреть.

Когда мой рейс авиакомпании “Drukair” делал круг над аэропортом в Паро (Бутан), я глянул в окно: всюду, насколько только хватало глаз, простирались горы. Мне еще только предстояло узнать, что вся страна – это сплошные горы. Здесь едва ли найдешь прямую дорогу, большинство дорог узки и петляют по склонам хребтов среди крутых ущелий.

На выходе из аэропорта меня встретили Шри Прахлада даса и Сакхи Рай даса из Австралии, а также наш бутанский гид. Бутан предусмотрительно не выдает иностранным туристам много виз, исходя из того, что массовый туризм может сказаться на окружающей среде, на культуре и всем облике страны. Число туристов, посещающих страну в течение года, ограничено, и все они обязаны покупать туры в одном одобренном правительством турагентстве.

Из Паро мы за час доехали на машине до столицы Бутана Тхимпху, где первым делом посетили Чотен, огромную ступу, памятник национального значения неподалеку от центра города. Подойдя поближе, я увидел множество обходящих ступу людей. Это особый ритуал для обретения благочестия, совершаемый верующими в благоприятные дни. Сама ступа – это украшенное мантрами и молитвами монолитное сооружение, внутри которого находятся божества.

Около пятидесяти-шестидесяти облаченных в традиционные бутанские одежды паломников обходили ступу, повторяя древнюю буддистскую мантру “Аум мани падме хум” (“Я выражаю почтение драгоценности внутри лотоса”).

– Что это за драгоценность внутри лотоса? – поинтересовался я у Шри Прахлада. Он улыбнулся и сказал:

– В нашем понимании это Лакшми, богиня процветания, или же Радхарани. Как описывает Шрила Рупа Госвами в своей “Видагда-мадхаве”, царь Вришабхану нашел Ее на озере на цветке лотоса.

– Но как трактуют эту мантру буддисты? – спросил я.

– Они говорят, что на лотосе восседает Господь Будда, – ответил Шри Прахлад.

Побывав у ступы, мы поехали в гостиницу. Меня поразило, что все люди на улице были одеты в традиционные одежды.

– Сегодня какой-то праздник? – спросил я нашего гида. – Все принарядились.

Он рассмеялся.

– Нет, – сказал он. – Мы одеваемся так каждый день. Это часть нашей культуры. Закон Бутана предписывает всем гражданам в общественных местах носить традиционные одежды. Мужчины носят так называемый гхо – халат до колен, подпоясывая его поясом, а женщины – платье до пят, называемое кейра.

– Только посмотрите на здания! – воскликнул Сакхи Рай. – До чего прекрасны! Очень искусно построены.

– Тоже закон Бутана, – пояснил гид. – Все новые здания, и государственные, и частные, должны соответствовать стандартам традиционной архитектуры. Это один из способов, с помощью которых мы и сохраняем культуру. Путешествуя по стране, вы еще увидите, что все деревянные балки, окна и двери домов расписаны узорами с цветами и животными или религиозными мотивами. Эти изображения помогают нам всегда помнить о Будде.

Когда мы выехали за город, я убедился в истинности его слов. Каждое здание отличалось неповторимым очарованием. Более того, я видел, что религия играет существенную роль в каждом аспекте жизни бутанцев. Практически на каждом горном хребте я находил храм, на каждом горном перевале – ступы и тысячи разноцветных флажков с молитвами.

Мне показалось, что более всего в Бутане популярны молитвенные барабаны – большие цилиндры на оси, содержащие свитки с молитвами. Считается, что, вращая барабан, человек получает такое же благо, как и от чтения молитв. Я видел, как многие люди одновременно вращали барабан и перебирали четки. “Двойное благо”, – улыбаясь, сказал наш гид.

Ночью мне никак не спалось. И когда я, наконец, провалился в сон, все равно то и дело просыпался от нехватки воздуха. Утром я встал с головной болью.

“Это из-за того, что мы находимся на огромной высоте, – сказал гид, – около трех тысяч метров над уровнем моря. Атмосферное давление влияет на всех по-разному. Вы скоро к нему привыкнете”.

Поздним утром того дня мы тронулись в путь – сто тридцать километров на восток до Пхобджикхи. По горным дорогам на это ушло пять часов. Заметив, что меня укачивает, наш гид, сочувственно улыбнувшись, сказал: “У нас страна коротких расстояний и долгих переездов”.

На протяжении последующих десяти дней я никак не мог побороть в себе страх перед резкими обрывами по краям дорог.

Добравшись наконец до Пхобджикхи, мы отправились пешком по горной тропе в Гангтей Гоенпа, буддистский монастырь, построенный в XVI веке. Тропа была крутой и извилистой.

Я повернулся к нашему гиду и спросил, задыхаясь:

– Сколько еще подниматься до монастыря?

– Идти туда два часа, – ответил он. – И это единственный способ туда попасть. Никаких дорог, ведущих в монастырь, нет. Это было бы бессмысленно. Монахи живут там в полной изоляции, чтобы сфокусироваться на ритуалах и молитве. Когда мы туда придем, они будут читать мантры. Нам надо поторопиться.

Но Шри Прахлад, Сакхи Рай и я не могли сделать и нескольких шагов, чтобы не останавливаться и не переводить дыхание.

– Чем выше поднимаемся, тем меньше кислорода, – пыхтя и сопя, произнес Сакхи Рай. – Нам понадобится гораздо больше времени, чтобы добраться до пункта назначения.

Кто бы сомневался: мы дошли до монастыря на три часа позже запланированного. Вступив в священный монастырский храм, я поразился тому, что все выглядело совершенно так, как, должно быть, выглядело и в XVI веке. Ничего не изменилось. Казалось, мы перенеслись во времени. Около семидесяти-восьмидесяти монахов разных возрастов сидели в позе лотоса, перед ними лежали древние писания на листах банановой пальмы, и они повторяли наизусть сотни, а может быть, и тысячи стихов.

Свет проникал в храм лишь сквозь маленькие окошки. Гуру, крупный мужчина с обритой головой, сидя на возвышении, вел эту ритмичную декламацию. Несколько монахов, выглядевших так, будто они были здесь с самого основания монастыря, отбивали ритм на барабанах. На больших медных цимбалах играли другие монахи. В длинные медные трубы дули двое юных послушников лет десяти.

Я посмотрел на гуру, и он жестом пригласил меня сесть среди монахов. Я достал четки и стал повторять Харе Кришна, разглядывая при этом своих соседей. Они поразили меня до глубины души. Сосредоточенные на своей духовной практике, полностью поглощенные верой, все они были очень сконцентрированы.

Минуты бежали одна за другой, и спустя час я почувствовал в своем сердце перемену – пробуждение той же решимости, что была у монахов. Под мерное гудение молитв, звуки труб, гонгов и цимбал я обнаружил, что очень сосредоточенно повторяю каждый слог маха-мантры.

Вдруг, безо всякого предупреждения, все замолчали, замерли, погрузившись на несколько минут в медитацию, а когда открыли глаза, один из молодых послушников стал разносить воду и рис. Он быстро переходил от одного ученика к другому, наливая каждому немного воды в чашку и накладывая немного риса в миску. Гуру показал ему жестом, чтобы он и мне принес чашку воды и миску риса. Монахи закончили свою трапезу в шестьдесят секунд и вновь приступили к мантрам и молитвам.

– Не уйти ли нам сейчас? – прошептал мне на ухо наш гид.

– Не знаю, – ответил я. – Для меня это очень глубокий духовный опыт.

– Если вы хотите остаться, придется просидеть здесь еще шесть часов, – сказал он. – Здесь каждый день по две шестичасовых сессии молитв. Если вы начали, то не можете уйти, не закончив. Это было бы очень невежливо.

Немного смущенный, я поднялся и направился к выходу. Я был уже на пороге, как вдруг гуру жестом подозвал меня. Когда я подошел к его сиденью, он достал из старинного сундука священный шнур, повязал его мне на запястье, а затем приложил к моей голове писание на листах банановой пальмы.

Заметив мой мешочек, он попросил меня показать ему мои четки. Когда я достал их из мешочка, он поднял брови.

– Эти четки много использовались, – сказал он.

– Да, – подтвердил я. – Я пользуюсь ими уже долгие годы.

– Что у вас за вера? – спросил он.

– Я практикую вайшнавизм, – ответил я. – Повторяю на этих четках имена Бога.

– Какие имена?

– Имена Господа Кришны, – сказал я. – Харе Кришна Харе Кришна, Кришна Кришна Харе Харе/ Харе Рама Харе Рама, Рама Рама Харе Харе.

– Да пребудут с тобой благословения Будды, – сказал он.

Когда мы выходили из храма, меня поразило, что никто из монахов на нас даже не обернулся – настолько сосредоточены они были в своей медитации.

На обратном пути вниз по горной тропе Сакхи Рай спросил меня:

– Гуру Махараджа, хорошо ли нам так тесно общаться с буддистами?

– Мы уважительно относимся ко всем типам трансцеденталистов, – ответил я. – Мы не принимаем их учения, но осознаем, что они – необычные души.

Я процитировал стих из “Шримад-Бхагаватам”:

махат-севам дварам ахур вимуктес
тамо-дварам йошитам санги-сангам
махантас те сама-читтах прашанта
виманйавах сухридах садхаво йе

“Встать на путь освобождения из материального плена можно только служа великим душам, достигшим духовного совершенства. К ним относятся имперсоналисты и преданные Господа. Независимо от того, хочет ли человек слиться с бытием Господа или общаться с Самим Господом, – он должен служить махатмам. Перед теми, кого не интересует подобная деятельность, кто общается с теми, кто привязан к женщинам и сексу, открывается прямая дорога в ад. Махатмы равно относятся ко всем, не видя разницы между живыми существами. Они очень умиротворены и целиком отдают себя преданному служению. Они свободны от гнева и заботятся о благе каждого. Они никогда не совершают дурных поступков. Таких людей называют махатмами” [Бхаг., 5.5.2].

– Знаешь, – продолжал я, – меня поразило, с какой серьезностью они относятся к своей духовной практике. Они декламируют и молятся по двенадцать часов в день. Я бы хотел следовать садхане с такой же решимостью.

– Но вся их решимость направлена на то, чтобы стать ничем, – сказал Сакхи Рай. – Разве может это нас вдохновлять?

– Вишну Пурана проводит аналогию материального желания с любовью к Кришне:

йа притир авивеканам
вишайев анапайини
твам анусмаратад са ме
хридайан напасарпату

“Неразумные люди сильно привязаны к объектам наслаждения чувств. Позволь мне подобным же образом всегда помнить Тебя, и пусть эта направленная на Тебя привязанность никогда не покидает моего сердца” [1.20.19].

– Мы приехали сюда учиться, так же как и учить, – сказал я. – Не забывай, что эта духовная культура существует в Бутане сотни лет. Давай лучше подумаем, как уберечь ИСККОН от разрушительного влияния времени.

На следующий день, после еще одной бессонной ночи борьбы с низким давлением, мы поехали дальше в горы – в Бумтанг, самое сердце страны. По дороге, занявшей десять часов, нам попадалось много благочестивых людей, – они любопытствовали и по поводу нашей одежды и, в особенности, наших четок. Множество раз мы показывали им свои четки и объясняли метод воспевания Харе Кришна.

Как-то раз я повернулся к нашему гиду и спросил:

– Как бутанцы сочетают модернизацию с духовными традициями?

– Мы не против материального прогресса, – ответил он, – ведь он может помочь нам в достижении наших духовных целей. В прошлом Бутан был изолированной от мира страной, и последствия были как положительные, так и отрицательные. Например, в здравоохранении: раньше инфекционные заболевания были распространены по всему Бутану, и более половины рожденных в стране детей умирало либо при рождении, либо в первые годы жизни. Малярия уносила жизни сотен людей каждый год. С тех пор как в 1961-м году Бутан вступил на путь модернизации, проведя широкомасштабные реформы в политической, социальной и экономической сферах, здоровье нации улучшилось более чем на девяносто процентов, и все благодаря хорошей заботе о здоровье.

После сотен лет монархии в 2008-м Бутан стал демократической страной. Наш король и Национальный совет тесно сотрудничают друг с другом. Несмотря на то, что мы открыты модернизации, в то же время мы не хотим допустить упадка духовной культуры. Мы твердо верим, что целостное развитие индивидуума и общества может быть достигнуто только при учете всех их потребностей: как экономических и социальных, так и эмоциональных, культурных и духовных. Не всегда, конечно, получается учитывать все нужды людей, но мы делаем все, что в наших силах. Позвольте повториться, для нас показатель успеха – это счастье наших граждан. Здесь у нас говорят: “Счастье зависит от места”.

После восьми часов езды по извилистым дорогам мне хотелось передохнуть, и я попросил водителя съехать на обочину. Выйдя из машины, мы спустились вниз по насыпи и расположились пообедать. Неподалеку журчала река, щебетали птицы, а в зарослях резвились обезьяны. Такая идиллия!

“Как печально, что я не бывал в таких местах со времен своего детства, – думал я. – Такая природа очень успокаивает”.

Я достал четки и стал повторять Харе Кришна. В этой умиротворенной атмосфере было легко концентрироваться на Святых Именах.

“Понятно, почему в стародавние времена йоги выбирали именно такие места для занятий духовной практикой”, – размышлял я, рисуя в своем воображении, с какой легкостью я смог бы прожить целый месяц в такой гуне благости.

Повторяя Святые Имена, я вдруг заметил небольшой монастырь, пристроившийся на высоком скалистом уступе и окруженный многочисленными домиками.

– Что это? – спросил я у нашего гида.

– Особое место медитации для наших монахов, – ответил он.

– Можно себе представить, как им там медитируется, – сказал я. – И я бы не прочь провести здесь с месяц.

Гид усмехнулся.

– После первых девяти лет обучения в монастыре, – пояснил он, – всех наших монахов отправляют в этот монастырь медитировать в тишине на протяжении трех лет, трех месяцев, трех недель и трех дней.

У меня отвисла челюсть. “В сравнении с моим одним месяцем…”, – подумал я, в очередной раз поразившись серьезности, с которой буддистские монахи относятся к своей садхане, духовной практике.

– А в нашей традиции есть похожие примеры решимости? – спросил Сакхи Рай.

– Да, есть, – ответил я. – Такие преданные, как Харидас Тхакур и Рагхунатха дас Госвами повторяли Харе Кришна по двадцать два часа в сутки.

– А почему же мы так не делаем? – спросил он.

– Мы делаем то, что просил Шрила Прабхупада, – сказал я. – Шестнадцать кругов в день минимум. По мере продвижения вы обнаружите, что естественным образом воспеваете больше. Мы также служим Святым Именам, распространяя их славу по всему миру, и за это гуру и Гауранга одаривают нас милостью. А пока что можно помолиться о той решимости, с какой здешние монахи совершают свои ежедневные ритуалы духовной жизни.

– “Мы приехали сюда и учиться, и учить”, – с улыбкой повторил мои слова Сакхи Рай.

– Да, точно, – ответил я. – Так что делаем и то, и другое.

Пообедав, мы продолжили свой путь через горы, покрытые лесами. Спустя некоторое время мы остановились у небольшой ступы, подле которой пожилая женщина разложила свои товары. Мне приглянулось нечто похожее на кусок старинного искусно сотканного ковра.

Я повернулся к гиду:

– Не мог бы ты спросить у нее, что это такое?

Он пообщался с торговкой и доложил:

– Она говорит, что это принадлежало ее предкам и передавалось из поколения в поколение.

“Было бы отличным сидением для пуджи”, – подумал я.

– Сколько она за него просит? – спросил я гида.

– Пятьдесят долларов, – ответил он.

Мы поехали дальше, увозя с собой только что приобретенный кусочек бутанской истории, и гид мне сказал:

– По сути дела, это музейный экспонат.

День за днем мы путешествовали по горным селам, посещали монастыри, школы астрологии и дзонги – правительственные здания, которые являются и приютом для монахов. Всюду, куда бы мы ни пошли, нас принимали почтительно и радушно.

– За все то время, что мы путешествуем по Бутану, я еще ни разу не видел, чтобы кто-то разозлился, – сказал как-то Шри Прахлад. – Я уверен, это случается, но в подавляющем большинстве стран расстроенных и разозленных людей можно увидеть прямо на улице.

– Здешний образ жизни приносит сладкий плод, – ответил я.

Прошло почти две недели, мы добрались до самой дальней точки нашего путешествия – Монгаара в Восточном Бутане.

– Сегодня побываем в особенном монастыре, Драметсе-лакханг. – сообщил нам гид. – Он был основан в 1511-м году Ани Чойтен-Зангмо, внучкой бутанского святого Пемы Лингпа.

Хотя мне эти имена ни о чем не говорили, они многое значили для нашего гида, и я почтительно поблагодарил его за возможность посетить этот монастырь.

Попав в тот день в святую обитель, мы увидели знакомую уже картину: в главном зале храма монахи во главе с гуру декламировали мантры. Мы тихо вошли и, сев среди монахов, достали четки, решив повторять с той же сосредоточенностью, что и они.

Позднее нас повели на экскурсию по монастырю. Пока мы разглядывали вековые постройки, я заметил гуру, стоящего неподалеку и изучающего нас.

– Давайте подойдем, поговорим с ним, – предложил я.

– Нет-нет! – воскликнул наш гид. – Не подобает приближаться к такому мудрому человеку.

– Но он здесь именно для этого, – сказал я.

Наш гид нерешительно последовал за мной.

– Господин, – обратился я к гуру, – я счел бы за честь поговорить с вами. Позволите?

– Да, конечно, – с улыбкой ответил он.

– Я хотел бы понять, в чем цель вашей духовной практики, – начал я. – Посвятив всю жизнь молитвам, медитации и ритуалам, чего вы надеетесь достичь? Насколько я понимаю, согласно буддизму, человек, избавившийся от всех материальных желаний, достигает состояния не-существования.

– Мы последователи буддизма Ваджраяны, – сказал гуру. – Он учит тому, что все живые существа вынуждены перевоплощаться из-за последствий своих действий в предыдущих жизнях, или кармы. Все усилия человека должны быть направлены на то, чтобы достичь просветления, тогда ему откроются врата нирваны. Войдя в состояние нирваны, человек уже не рождается вновь.

– Благодарю вас за объяснение, – сказал я. – Мне также хотелось бы узнать, теряет ли душа индивидуальность, обретя просветление? Согласно нашей философии, освобожденная душа попадает в духовную обитель, где вечно наслаждается общением с Высшей Душой, Богом.

Гуру, казалось, растерялся. Он задумался на мгновение и сказал:

– В буддизме Ваджраяны мы тоже верим в райскую обитель, обитель Будды.

– Но что именно там происходит? – спросил я.

– Этого никто не знает, – ответил он.

– Спасибо, – поблагодарил я. – Позвольте нам откланяться.

По дороге к машине Сакхи Рай обратился ко мне:

– Гуру Махараджа, – сказал он. – Я думал, что буддизм проповедует имперсонализм. А этот гуру говорит о райской обители.

Когда мы тронулись в путь, Шри Прахлада достал свой ноутбук.

– У Шрилы Бхактивиноды Тхакура был похожий разговор с буддистским монахом, – поделился он с нами. – В тринадцатом стихе своей “Таттва-вивеки”, в главе “Первое откровение” он пишет: “Однажды я задал несколько вопросов буддистскому монаху из Мьянмы. Он ответил мне так: “Бог не имеет ни начала, ни конца. Он создал весь мир. Приняв форму Будды, Он низошел в этот мир, а затем вновь, приняв Свою форму Бога, вернулся в рай”. На основании его ответов я заключил, что этот буддистский монах из Мьянмы не знает истинной буддистской философии”.

– И какой же из этого вывод? – спросил Сакхи Рай.

– Вывод такой: в действительности Будда проповедовал атеистическую философию, – сказал я, – но делал он это потому, что люди в те времена использовали Веды для оправдания убийства животных. Вот почему Будда сказал: “Не следуйте Ведам. Следуйте за мной”. Он перехитрил их, ведь следовать за ним означало следовать за Верховной Личностью Бога. Если люди последуют наставлениям Будды, то постепенно очистятся и, в конце концов, однажды вновь поймут душу как вечную слугу Бога. Тот гуру, с которым мы только что говорили, – на этом пути, так что мы должны его уважать.

Позаимствовав у Шри Прахлада компьютер, я нашел Положение ИСККОН по межрелигиозному диалогу* и зачитал его Сакхи Раю: “Мы относимся ко всем религиозным сообществам и философиям, провозглашающим любовь к Богу и основанным на богооткровенных писаниях, как представителям истинного религиозного учения. Мы также уважаем и признаем духовную ценность таких путей искреннего стремления к самоосознанию и поиска Абсолютной Истины, в которых не отражена концепция личного божества”.

Пока мы ехали обратно в Тхимпху, чтобы встретиться с заместителем губернатора Пунакхи, я размышлял о своей необыкновенной удаче: мне посчастливилось побывать в стране, всецело верной заповедям и обычаям своей религии. Я молился о том, чтобы Международное Общество Сознания Кришны не изменило своим основополагающим принципам и просуществовало еще 10 000 лет.

Вечером следующего дня мне предстояло лететь обратно в Индию. Путешествие в самое сердце Бутана обогатило меня знаниями и вдохновило, но в то же время мне не терпелось поскорее вернуться в трансцендентную обитель Вриндавана, где Верховный Господь вечно являет Свои игры с любящими Его преданными. Я думал, как буду теперь повторять Святые Имена, молиться и изучать шастры с обновленной решимостью, – такой, какую увидел я у монахов Бутана.

 

************************

Шрила Прабхупада пишет:

“Какой бы философии вы ни следовали: Будды, Шанкары или философии Вайшнавов, конечная цель – это Кришна. Вы должны приблизиться к Кришне через эти разные виды философий. Осознание брахмана – это осознание аспекта вечности. Осознание Параматмы – это осознание аспектов вечности и знания. Такое осознание частично. Осознание же Бхагавана – это осознание всех аспектов Господа: вечности, знания и блаженства. Сознавая Кришну, человек одновременно осознает и брахман, и Параматму, и Бхагавана”

[ лекция в Бомбее 31 марта 1974 ].

 

_________________

*ISKCON’S Interfaith Statement (прим. перев.)

, ,

Фестиваль “Садху-санга” в Техасе

Фотоальбом Киртан в штате Одинокой Звезды

, ,

Durban Ratha Ratha / Ратха-ятра в Дурбане

Фотоальбом на Facebook

 

,

Отчет по Бразилии – 2011

Дорогой мой Шрила Прабхупада,

Пожалуйста, примите мои смиренные поклоны в пыли Ваших стоп.

Сворачивается наш двухмесячный бразильский тур. Я изо всех сил старался послужить вам в этих отдаленных краях. В декабре 1973Вы сказали на одной лекции в Лос-Анжелесе, что брат Раваны, Кумбхакарна, был царем мест, что сейчас называют Бразилией. Какое благочестие можно было надеяться найти в землях, где правил такой демон? Но в противовес ожиданиям, мы нашли людей Бразилии благочестивыми, теплыми, дружелюбными и очень интересующимися сознанием Кришны.

Проповедовать здесь было таким блаженством. Тур наш не обошелся без проблем: были и болезни, и усталость, и фестивали допоздна через день, и постоянные переезды, включая множество перелетов и ночных автобусных рейсов. Но мы дели это для Вас, Шрила Прабхупада,  потому что Вы этого хотите, а мы – Ваши слуги. В преддверии нашего отъезда мы помещаем к Вашим лотосным стопам итоги нашего служения Вам здесь, вот лишь некоторые из них:

  1. Восемь выступлений на государственном телевидении, которые увидели миллионы зрителей. Приглашение на хотя бы одно такое выступление на гос. телевидение – мечта многих организаций. Мы были на восьми! Мы профессионально представили культуру сознания Кришны, и это было всеми принято. Несколько раз на улицах люди подходили ко мне и говорили: «Э! да я же вас, ребята, видел на TV. Отличное шоу!»
  2. Двадцать статей на всю страницу во многих крупных газетах. Каждая статья – с объяснениями нашей философии и прекрасными фотографиями преданных-исполнителей, и в каждой – блестящее описание нашего представления «Волшебная Индия».
  3. Тринадцать интервью на радио. Сотни тысяч людей услышали святые Имена нашу возвышенную философию в утренних радио-шоу, пока ехали на работу.
  4. Наши фестивали, которые и сами по себе – квинтессенция нашей проповеди.

Что тут говорить? Я все еще под впечатлением от того, что после каждого представления, без исключения, люди аплодировали нам стоя. На протяжении почти двух прошедших месяцев буквально тысячи людей вставали чтобы почтить ничто иное, как презентацию того самого сознания Кришны, что Вы привезли на запад. Хотя они и не знают это, они встают в Вашу честь. И многие из них уходили с фестивалей с Вашими бесценными книгами.

Шрила Прабхупада, думаю, я с уверенностью могу сказать: мы наводнили эту страну культурой сознания Кришны. Молюсь, чтобы мое служение на этом поле проповеди удовлетворило бы вас, и чтобы Вы позволили мне отправиться к следующему пункту назначения, священной обители Враджа, где я надеюсь провести немного времени, питая свою лиану преданности. Также молюсь, чтобы бразильские преданные продолжали возделывать семена преданности, которые мы посадили в сердца многих, многих людей за прошедшие два месяца.

Дорогой мой Господин и Учитель, пожалуйста даруйте Ваши бесконечные благословения всем замечательным преданным тура, кто обеспечили успех этому грандиозному проповедническому мероприятию.

Ваш слуга,

Индрадьюмна Свами

****************************

My dear Srila Prabhupada,

Please accept my humble obeisances in the dust of your feet.

Our two-month festival tour in Brazil is winding down. I have tried my best to serve you here in this far-off land. In December 1973, you said in a lecture in Los Angeles that Ravana’s brother, Kumbakarna, was king of the area we presently call Brazil. What piety could one hope to find in a land ruled by such a demon? However, defying expectation, we found the Brazilian people to be pious, warm, friendly, and extremely interested in Krsna consciousness.

It has been such a joy to preach here. Our tour has not been without its challenges, though: sickness, fatigue, late-night festivals every other day, and constant travelling, including many flights and overnight bus rides. But we do it for you, Srila Prabhupada, because it is what you want and we are your servants. On the eve of our departure we place at your lotus feet just some of the results of our service to you here:

  1. Eight national television shows which were viewed by millions of people.To get on even one national television show is a dream for most organizations. We were on eight! We presented the culture of Krsna consciousness in a professional way that was appreciated by everyone. Several times people walked up to me on the street and said, “Hey! I saw you guys on TV. Great show!”
  2. Twenty full-page articles in as many major newspapers. Each article featured explanations of our philosophy and beautiful photos of the devotee performers, and each offered a glowing description of our Magic Show of India.
  3. Thirteen radio interviews. Hundreds of thousands of people heard the holy names and our sublime philosophy on these morning radio shows while driving to work.
  4. Our festivals themselves which are the very essence of our preaching.

What can I say? I am still amazed that without exception we received a standing ovation at every festival. Over the past two months literally thousands of people rose to their feet to honor what is nothing other than a presentation of the same Krsna consciousness you brought to the west. Though they did not know it, they rose to their feet to honor you. And many of them left the festivals with your precious books.

Srila Prabhupada I think I can safely say that we saturated this country with the culture of Krsna consciousness. I pray that my service here on the preaching field has pleased you and that, as a result, you will allow me to enter my next destination, the sacred abode of Vraja where I hope to spend some time nurturing my devotional creeper. I also pray the local devotees of Brazil will continue to cultivate the seeds of devotion that we have planted in the hearts of so many, many people during the last two months.

My dearest Lord and Master, please give your unlimited blessings to all the wonderful tour devotes who made this great preaching adventure a success.

Your servant, Indradyumna Swami

 

, ,

Необычные люди и необычный парк

Том 12, глава 2
7 ноября 2011

Наш двенадцатичасовой перелет из Лондона заканчивался, мы подлетали к северу Бразилии. Я смотрел из окна самолета на ярко-оранжевое зарево горизонта и едва различимую в дымке раннего утра зелень пышного тропического леса в одиннадцати тысячах метров под нами. «Совсем как в 1988», – подумал я.

Многое изменилось с моего первого посещения Бразилии двадцать три года тому назад. Прежде всего, я стал старее. Тогда я был в рассвете сил, полным отваги и энтузиазма, для того чтобы проложить дорогу сознанию Кришны в Амазонских джунглях. «Не уверен, что проделал бы это снова», – думал я, посмеиваясь про себя и вспоминая свои встречи с пираньями, зыбучими песками, дизентерией и чуть ли не со смертью.

Да и Бразилия изменилась. Будучи тогда страной с бедствующей экономикой, сейчас она становится мировым центром деловой активности.

Командир развернул самолет вдоль побережья на юг, к Сан-Паулу в четырех часах полета, а я думал о своем подношении Шриле Прабхупаде, которое написал ему сразу после своих приключений на Амазонке:

“По городам, лесам, деревням и поселкам
я странствовал, повторяя посланье Ваше,
рассказывая о милости, о том, как Вы,
освобождая падших и несчастных, добры.

Летом, в джунглях далеко на юге пришла
болезнь, и побывал я на пороге смерти.
Но Ваша спасительная милость и булава
Нрисимхи хранили меня и защищали от всего.

И как же счастлив я служить Вам дальше,
всегда так проповедуя в пути.
Как остается чист всегда реки поток,
молюсь я быть всегда таким же чистым.

В счастье, в беде, в жару ли, в холод,
пока я вдохновлен, и полон сил, и молод,
хочу продолжать сражаться, делясь
Вашим посланьем, как Вы меня просили”.

И хотя я уже не молод и не полон сил, но все так же вдохновлен продолжать распространение сознания Кришны, как и в свой первый приезд в Бразилию. После успеха нашего прошлогоднего фестиваля я вернулся с группой из двадцати пяти талантливых преданных, чтобы на протяжении семи недель распространять нектар святых Имен по всей стране.

Долгий рейс наконец-то приземлился в Сан-Паулу. Я прошел иммиграционный контроль и таможню и удивился тому, что вдохновенным киртаном меня встречала большая группа детей с учителями.

– Добро пожаловать снова в Бразилию, – приветствовал меня Вайкунтха-мурти дас. – Это дети из школы «Бхакти», нашей официально зарегистрированной государственной школы неподалеку от Сан-Паулу.

– У вас же должно быть лишь несколько семей в этом регионе, – сказал я. – Сколько же здесь детей?

– Пятьдесят шесть, – ответил Вайкунтха-мурти. – Но ни у одного из них родители преданными не являются. Фактически, отцы большей части этих детей в тюрьме.

– В тюрьме? – сказал я.

– Да, – ответил Вайкунтха-мурти. – Школа эта в Франко-де-Роча, в фавеле.

– В фавеле? – переспросил я.

– Это как трущобы, только еще беднее и неблагополучнее. Фавела в Франко-де-Роча – одна из самых криминогенных в Бразилии. Несколько лет назад мы открыли там маленький храм, чтобы местные дети могли приходить каждый день после школы и по выходным. В итоге многие начали практиковать сознание Кришны, и мы решили открыть гурукулу.

– В последнее время произошло несколько инцидентов, показавших, насколько местные жители благодарны за школу. В прошлом месяце вор вынес светильник из классной комнаты, и директор обнаружил его выставленным в ломбарде. Когда он сказал хозяину магазина, что это лампа из школы Харе Кришна, тот подозвал вора, который как раз оказался неподалеку и жестко выбранил его. Сказал, что никогда не возьмет ничего, что было украдено у преданных.

– Он вернул лампу и принудил вора встать на колени и извиниться. А несколько месяцев тому назад жена местного нарко-барона отдала в школу свою десятилетнюю дочку. Она носит в школе сари, повторяет джапу на четках, и является строгой вегетарианкой. А мама каждый месяц приходит на родительские собрания.

Вайкунтха-мурти с любовью смотрел на поющих и танцующих детей.

– Все они примерные преданные, – сказал он. – Серьезно относятся и к учебе, и к своему сознанию Кришны.

– Это удивительно, учитывая, что они из такой непростой среды, – сказал я.

– О страданиях они знают не понаслышке, – продолжал Вайкунтха-мурти. – Поэтому и благодарны за счастье, что нашли в сознании Кришны. Они не воспринимают его легкомысленно.

Дети, всю дорогу воспевая, проводили меня до машины, и мы поехали на квартиру, где я должен был остановиться.

Путешествие вымотало меня, но ночью я не мог заснуть из-за смены часовых поясов. Утром я планировал встретиться с преданными, которые съехались со всех уголков мира. Мы собрались на короткое совещание с Джаятамом дасом и Нандини даси. Они организовывали все моменты фестиваля, включая переезды и размещение во всех тех городах, где мы должны были выступать.

Позже утром я попросил местного преданного, бхакту Джона, отвезти меня в какой-нибудь парк, где я мог бы воспевать свои круги.

– Если я не начну воспевать, я просто засну, – сказал я. – И хотелось бы повторять в умиротворенном тихом месте, в какой-то зеленой зоне. Я месяцами в дороге. Какое-нибудь место в гуне благости приведет меня в порядок.

– Можно поехать за город, – сказал бхакта Джон, – но это займет несколько часов: в Сан-Паулу плотное движение. Так что отправимся в маленький тропический лес в центре города.

– Здесь посреди города есть джунгли? – спросил я.

– Да, – ответил он, – прямо в центре. Это, наверное, самая дорогая земля в городе. Основатели оставили ее нетронутой, чтобы люди могли отдыхать в тишине от толчеи и суматохи городской жизни. Веками там все сохраняется нетронутым. Сможете посмотреть, что собой представляла Бразилия до того, как ее начали осваивать.

– Хотелось бы взглянуть, – ответил я.

Мы отправились на прогулку, и я вытащил свой ай-фон, чтобы сделать звонок.

– Будьте осторожны, Махарадж, – сказал бхакта Джон, – в Бразилии полно отчаявшихся бедняков, которым будет за счастье украсть такой телефон. Но если какой-нибудь негодяй будет что-то требовать, и ему сказать, что вы из Харе Кришна, он отстанет. Это срабатывало много раз.

– Правда? – спросил я.

– Да, – ответил бхакта Джон. – Бедняки благодарны преданным за харинамы и раздачу прасада. Так что преданных обычно не обкрадывают.

Пройдя вниз по улице несколько сотен метров, мы подошли к моллу*.

– Зайдем, посмотрим? – сказал я.

– Вам что-нибудь нужно? – спросил бхакта Джон.

– Нет, – ответил я, – но мне нравится общаться с людьми в разных странах. Нравится разговаривать с ними, гуляя по улицам. Это хороший способ понять страну, как в ней лучше представлять сознание Кришны.

Только мы вошли в молл, как к нам подошла группа тинэйджеров.

– О, – сказал один из них, – а можно с Вами сфотографироваться?

– Конечно, – ответил я.

Они окружили меня, и один из друзей начал щелкать один кадр за другим.

– Преданных в Бразилии уважают, – сказал бхакта Джон. – У нас хороший имидж, а те, кто ничего о нас не знают, всегда интересуются.

Чистильщик обуви улыбнулся нам и что-то сказал своим приятелям. Те закачали головами в знак уважения.

– Что он им сказал? – поинтересовался я у бхакты Джона.

– Он сказал: «Вот чистый человек», и что чистота для человека – главнейшее качество.

Я развернулся и пошел обратно, к чистильщику.

– Спасибо за Ваше замечание, – сказал я, – но я не чистый.

– Но Вы ведете чистую жизнь, – ответил он, улыбнувшись. – Это видно по Вашей одежде и манерам.

– Я только стараюсь жить чистой жизнью, – сказал я.

– И это делает Вас чище, чем мы, – сказал он. Друзья его, соглашаясь, кивали.

– Спасибо, – сказал я. – Я постараюсь быть достойным Ваших слов.

– Можем ли мы что-нибудь сделать для Вас? – спросил один из них.

Я был тронут.

– Да, – сказал я. – Пожалуйста, помолитесь обо мне.

Мы с бхактой Джоном отправились на эскалаторе вниз.

– По одному только этому случаю, – сказал я ему, – видно, что люди, в основном, благочестивы.

Этажом ниже молодая женщина продавала в киоске ювелирные украшения.

– Сэр, – позвала она меня, – можно ли с Вами поговорить?

Я подошел к ней:

– Да.

– Могли бы Вы дать имя моему малышу? – спросила она.

Я огляделся в поисках ребенка.

– А где малыш? – сказал я.

Она покраснела и произнесла:

– Еще у меня в животе.

– Она, что, это всерьез? – уточнил я у бхакты Джона.

– Похоже на то, – сказал он.

– Я же совершенно посторонний человек, – сказал я. – Почему Вы хотите, чтобы я дал имя Вашему еще не рожденному дитя?

– Потому что Вы человек от Бога, – сказала она. – Если Вы дадите имя, ребенок будет благословлен.

Я чувствовал себя недостойным такого замечания, но не хотелось и разочаровывать ее.

– Дайте подумать немного, – сказал я. – Ваш малыш – мальчик или девочка?

– Мальчик, – сказала она. – О, вот и муж идет.

– Альберто! – воскликнула она. – Этот монах даст имя нашему ребенку!

– Замечательно! – сказал Альберто. И они оба стали смотреть на меня в ожидании.

– Мы назовем его Рама дас, – сказал я, наконец.

– Как красиво, – сказала женщина. – А что это значит?

– Рама – это имя Бога в Ведических писаниях Индии, – сказал я. – Он явился в этом мире, чтобы защитить праведников и восстановить религиозные принципы.

– Великолепное имя, – сказал Альберто.

– «Дас» означает «слуга», – сказал я. – Так что «Рама дас» означает «слуга Бога».

– Не знаем, как Вас и благодарить, – сказала женщина. Я записал имя на листочке и отдал ей.

– Вот это да! – сказал я бхакте Джону, когда мы отошли. – Никогда не встречался ни с чем подобным.

Он улыбался.

– Думаю, в Бразилии Вы повстречаете еще много сюрпризов, – сказал он.

– Правда? – сказал я. – Может быть, найдем и золотой клад Раваны?

– Какой клад? – спросил бхакта Джон.

– В четвертой Песни «Шримад-Бхагаватам» – стал объяснять я, – Шрила Прабхупада пишет, что Равана был великим преданным Господа Шивы. В результате он получил благословения Дурги, и царство его на Ланке было возведено из золота. Шрила Прабхупада говорил, что в историях Пуран есть намеки на то, что Бразилия была частью царства Раваны. И золото в огромных количествах по тоннелю поставлялось отсюда на Ланку.

– Как бы нам разыскать остатки тех золотых сокровищ? – проговорил с озорной улыбкой бхакта Джон.

– Без понятия, – сказал я. – Но Шрила Прабхупада дал Бразилии более серьезное сокровище: воспевание святых имен Кришны.

Мы уже выходили из молла, когда к нам подошел молодой человек, на вид ему было чуть за тридцать.

– Добрый день, джентльмены, – произнес он. – Рад встрече с вами.

Он показал на свой бэйджик «Спасите детей».

– Мы работаем совместно с бразильским правительством, – сказал он. – Собираем пожертвования, чтобы отправлять в школы детей бедняков.

– Замечательно, – сказал я. – У нашей организации есть школа для пятидесяти шести бедных детей, около Сан-Паулу.

– А где именно? – спросил он.

– В фавеле Франко-де-Роча, – сказал я.

У него округлились глаза.

– Франко-де-Роча! – воскликнул он. – Это же одна из самых опасных фавел Бразилии.

– Да, так, – сказал я. – Но местные ценят наши старания, так что там не так уж плохо.

– Знаете, – сказал он, – наша организация готова помогать любой школе, которая добилась успеха, помогая бедным и нуждающимся. По нашей рекомендации правительство Бразилии часто выдает гранты таким школам. Может быть, мы сможем устроить грант и для вашей школы.

– Это было бы замечательно, – сказал я, – Вот моя визитка. Пожалуйста, свяжитесь со мной, чтобы обсудить, как мы могли бы посотрудничать.

– Как забавно, – сказал он. – Я остановил вас, чтобы попросить небольшое пожертвование, а закончилось тем, что сам предлагаю большую помощь вам.

– Бразилия полна сюрпризов, – сказал я, пожимая ему руку.

Мы подъехали к небольшому тропическому лесу. «Парк Трианон основан в 1792 году» – гласила вывеска на входе. Грохот города стих и остался позади, а мы пошли вглубь парка вдоль папоротников, кустарника и цветущих зарослей.

Прелесть парка зачаровала меня: выглядело все так, будто я оказался в Сатья-юге. Огромные деревья, – некоторые, как гласили таблички на дорожках, возрастом более четырехсот лет, – вздымались высоко в небо. Стайки маленьких обезьян скакали под пологом леса, а попугаи и другие красочные птицы перекликались и порхали меж деревьев.

– Представляю, как это было в древние времена, – сказал я, – когда все это простиралось на тысячи миль. Вспоминаешь пословицу «Бог сотворил деревню, а человек – город». Присядем здесь, будем просто повторять мантру на четках.

Я сосредоточился на воспевании святых Имен. Усталость моя и истощенность в этой возвышенной атмосфере постепенно ушли, я чувствовал себя посвежевшим и полным сил. После примерно часа воспевания мы с бхактой Джоном отправились дальше вглубь джунглей.

– Такие парки были важной частью планировки Ведических городов, – сказал я.

Поискав в ай-фоновском приложении Pocket Vedas цитаты из «Шримад-Бхагаватам», я прочел вслух обнаруженный стих:

сарварту-сарва-вибхава
пунйа-врикша-латашрамаих
удйанопаванарамаир
врита-падмакара-шрийам

«В любое время года город Дварака-пури был полон благодатных даров. Там были и ашрамы отшельников, и фруктовые сады, и цветники, и парки с водоемами, полными лотосов» [ «Шримад-Бхагаватам» 1.11.12 ].

– Здесь какое-то волшебное место, – сказал я. – Следующие шесть недель Сан-Паулу будет нашим центром, и всякий раз, когда мы будем возвращаться с фестивалей, я хотел бы приходить сюда.

– А я хотел бы привозить Вас сюда снова и снова, – сказал бхакта Джон.

Когда мы покидали святилище леса, было чувство, будто мы возвращаемся в современный мир. В доказательство зазвонил мой телефон.

Это была Нандини даси. «Гурудев, – сказала она, – напоминаю, что вечером у группы два газетных интервью и телевизионная программа». Я повернулся к бхакте Джону.

– Нам нужно срочно возвращаться, – сказал я.

Мы вошли в телестудию ток-шоу всего за несколько минут до начала. И прежде, чем шоу началось, еще немного поговорили с нашей ведущей.

– Скажите, – произнесла она, – что заставило Вас приехать в Бразилию в третий раз?

На мгновение я задумался.

– Люди, – сказал я, наконец. – Среди всех, кто мне встречался, бразильцы проявляют интерес к сознанию Кришны так, как больше никто в мире.

– Я вижу, впереди Вас ждет очень напряженное расписание, – сказала ведущая. – Вы собираетесь посетить большинство наших крупных городов. Бразилия – протяженная страна. Вы уверены, что сможете охватить ее?

– Что ж, мне шестьдесят, – сказал я. – Но я смогу объехать страну, если буду время от времени делать перерывы.

Она улыбнулась.

– В Бразилии много прекрасных мест, – сказала она. – Где Вы думаете отдыхать?

– В Трианон-парке, – сказал я.

– В Трианон-парке? – сказала она. – В наших маленьких джунглях в центре города?

-Да, – сказал я. – Завораживающее место. Я побывал там сегодня днем и чувствую себя полностью восстановленным. Планирую возвращаться туда так часто, как только смогу. Основать этот парк было блестящей идеей отцов города.

Шрила Прабхупада пишет:

«Совершенства человеческой цивилизации можно достичь, если использовать дары природы по назначению. По этому описанию богатств Двараки можно судить о том, что она была окружена цветниками и фруктовыми садами, а также водоемами с произрастающими в них лотосами… Мы узнаем, что вся дхама, то есть место, где жили люди, была окружена такими садами и парками с цветущими лотосами в водоемах… Человеческая энергия должна использоваться по назначению, для развития в людях возвышенных чувств, необходимых для постижения духовного, – это ключ к решению всех проблем бытия. Фрукты, цветы, прекрасные сады, парки, водоемы с утками и лебедями, играющими среди лотосов, и коровы, дающие достаточно молока и масла, – все это необходимо для развития в человеческом теле тонких тканей… Дварака-дхама, как она описывается в этом стихе, – идеал человеческой цивилизации».

[ «Шримад-Бхагаватам» 1.11.12, комментарий ]

_____________________________

* Молл – крупный торговый комплекс, внутри которого находятся магазины (прим. перев.).

, , ,

Ценность святой дхамы

 

“Определенные места на земле более святы, чем другие: одни благодаря расположению, иные из-за своих искрящихся вод, а третьи – из-за общающихся или живущих там святых.

[ Махабхарата, Anusanana Парва 108: 16-18]

(фото: священная Ганга у Харидвара)

 “Certain areas on earth are more sacred than others, some on account
of their situation, others because of their sparkling waters, and others
because of the association or habitation of saintly people.”
   [ Mahabharata Anusanana Parva 108: 16-18 ]

foto: Haridwar, with the sacred Ganges.

Настоящие новости!

Сегодня Джахну-саптами, день, когда мудрец Джахну заглотнул все воды Ганги, а затем освободил ее. После этого Ганга и стала известна как Джахнави, изошедшая от Джахну. Это настоящая новость дня, – а не события экономики, политики, войн или спорта, о которых только и слышишь кругом.

, ,

Предсказатель судеб

Том 9, глава 17
8 – 13 сентября 2008, Фессалоники, Греция

 

Погода в восточной Сибири оказалась для меня слишком холодной. Возвратившись в Варшаву, я свалился с гриппом на шесть дней. Мне пришлось отменить большую часть проповеднических поездок по Венгрии, ограничив их лишь тремя днями. В последний день пребывания в Венгрии, на Радхаштами, был рецидив, и болезнь свалила меня снова.

На следующий день в сопровождении Уттама-шлоки даса и нескольких других преданных я уже летел в Фессалоники, город в Греции. Тара дас и его жена Радха Cакхи Вринда даси недавно открыли там проповеднический центр и пригласили нас провести две программы.

Пока мы двигались в центр из аэропорта, Тара стал знакомить меня с городом.

– Фессалоники – второй по величине город в Греции с населением около миллиона человек, – начал он свой рассказ. – Он был основан царём Македонии в 315 году до н.э. и назван так в честь его жены, сводной сестры Александра Македонского.

– Взгяните туда, – сказал Тара, когда мы проезжали территорию порта, – на статую Александра.

Я увидел гигантскую статую легендарного полководца, ее очертания возвышались над туристами, которые прогуливались по широкой пешеходной эстакаде неподалеку от порта.

– Мы просили разрешения у властей города провести в порту киртан (простой киртан, сидя с инструментами) пока вы здесь, но они отклонили нашу просьбу в виду того, что на этой неделе здесь будет проходить международная конвенция, – продолжал Тара.

– Как может небольшой киртан помешать этой конвенции? – спросил я.

– Они не дают разрешений ни на какие официальные мероприятия, поскольку коммунисты и анархисты воспользуются этим, чтобы привлечь к себе внимание.

– Греция же часть Евросоюза, – сказал я. – Неужели здесь до сих пор есть коммунисты и анархисты?

– О да,- ответил Тара, – и иногда они слишком красноречивы.

Мы проезжали по парадной части города, я отметил красоту местных строений, и Тара рассказал мне кое-что о прошлом этого города.

– У Фессалоников богатая многогранная история. Раньше город был частью Римской, Византийской и Османской империй. Сотни лет он был вторым по значимости индустриальным, торговым и политическим центром страны. И это также одно из самых важных мест для Греческой православной церкви.

Он указал на группу священников с длинными седыми бородами и в черных рясах, направлявшихся в церковь.

– В нескольких часах езды отсюда находится гора Афон или Святая гора, с обителями двадцати православных монастырей, – продолжал Тара. – Это автономная монастырская структура, находящаяся под прямой юрисдикцией Константинопольского Вселенского патриархата.

– Двадцать монастырей? – переспросил я.

– Да, – подтвердил Тара. – Добраться туда можно только на лодке. Только мужчинам позволяется взойти на гору Афон. Монахи называют это место Сад девственников. Даже животные особи женского пола удалены с этой территории. Более 2500 монахов живут там.

У церкви В Греции огромное влияние, и даже существует закон, запрещающий другим религиям обращать людей в свою веру. В течение последних тридцати лет наше движение дважды официально закрывалось. Преданные из других стран были занесены в черный список, а однажды даже были конфискованы книги со склада. По этой причине мы с женой открыли центр хатха-йоги. Мы обучаем людей йоге и вегетарианской кулинарии, постепенно подводя их к сознанию Кришны. Мы не выходим на улицу в вайшнавской одежде.

Как только мы подъехали к проповедническому центру и я вышел из машины, взоры всех присутствующих обратились на меня.

– Похоже, они впервые видят человека в вайшнавской одежде, – сказал я.

– Это точно,- улыбнулся Тара.

Пока мы поднимались по ступенькам центра, Тара продолжал свой рассказ:

– Когда недавно мусульмане хотели построить в Афинах мечеть, им отказали. Мы предпочитаем держаться скромно. Но конечно, в Афинах живут представители очень многих национальностей, и там преданные проповедуют более открыто. Около девяти часов вечера мы прогуляемся, чтобы Вы получили представление о городе.

– А это не поздновато? – спросил я.

– Для греков это самая значимая часть суток,- ответил Тара. – Народ прогуливается или проводит время за разговорами в открытых кафе. Имейте в виду, что на улице в это время очень влажно, а температура воздуха доходит до +38 градусов.

Вечером мы вышли на прогулку. Я был изумлен, увидев настолько большое количество людей на улицах. Однако люди при виде меня изумлялись ещё больше. Я чувствовал себя немного неуютно под их пристальными взглядами.

– Что они думают о нас? – поинтересовался я у Тары.

– Ничего. У них нет предубеждений. Просто им раньше не доводилось видеть никого, похожего на вас,- ответил Тара.

– Хотя бы двое-трое могли бы улыбнуться,- заметил я.

– Посмотрим на их реакцию во время нашей ознакомительной харинамы завтра вечером, – предложил Тара. – Хотя городские власти и не дали бы нам разрешения воспевать в порту, думаю, они не будут против небольшого киртана на улицах города.

На следующий день после обеда Гаура Хари дас и его жена Балешвари даси, специально прибывшие из Англии, чтобы присоединиться к нам на эти несколько дней, приготовили всё необходимое для харинамы. Трибхуванешвара дас, преданный из Англии, подготовил свой аккордеон. Ровно в девять вечера в сопровождении ещё шестерых преданных мы вышли на главную улицу города и начали петь. Потребовалось всего несколько минут, чтобы все на улице остановились и стали неотрывно смотреть на нас, но уже не с холодной отстранённостью, а с открытыми улыбками на лицах. Пока мы шли, воспевая и танцуя, люди в кафе приветливо махали нам и что-то кричали. Я не мог поверить своим глазам.

Я повернулся к Таре:

– Разница – как между днём и ночью. Как только мы начали киртан, вся атмосфера изменилась. Харинама народу понравилась.

– Не стоит думать, что сознание Кришны превыше их понимания, – рассмеялся Тара, – В конце концов, один из самых первых западных преданных Кришны был греком.

– Ты имеешь в виду, в 70-х годах? – спросил я.

– Нет, – ответил Тара, когда наша группа харинамы остановилась на углу улицы, и к этому месту стала стягиваться огромная толпа любопытных. – Это было во втором столетии до нашей эры.

– Хм! – сказал я.

– Да, – сказал Тара. – Гелиодорос, греческий посол в Индии во втором столетии до рождества Христова воздвиг в центральной Индии большую колонну с надписью, гласящей, что он был преданным Вишну или Кришны. Мы сейчас готовим новый буклет для нашего центра и включили туда цитату об этом.

Тара вынул буклет из сумки и вручил его мне. Там было написано:

“Эта колонна Гаруды в честь Васудевы, Бога богов, была воздвигнута Гелиодоросом, преданным Вишну, сыном Диона, жителем Таксилы, прибывшим в качестве посла Греции от великого царя Антиалкидаса к царю Кашипутре Бхагабхадре, спасителю, на четырнадцатом году его славного правления”.

– Если он был преданным из Греции, то здесь должны были быть и другие,- сказал Тара с улыбкой.

– Верно, – сказал я. – Если бы мы знали историю во всех подробностях, ученые могли бы включить Ведическую культуру в историю Фессалоников наряду с Римской, Византийской и Османской.

Мы кружили по улицам и переулкам, и святые имена Кришны эхом разносились меж зданий и стен древнего города. Повсюду люди продолжали приветливо махать нам, а некоторые и присоединялись к танцу. Спустя какое-то время мы вышли на площадь, на газонах которой сидели сотни молодых людей.

– Спроси, можем ли и мы расположиться на траве,- сказал я Таре. И как только он обратился к молодежи, около двадцати из них почтительно поднялись и отошли в сторону.

Мы пели на площади около получаса, потом, как было запланировано, Кели-чанчала даси из Венгрии показала танец в стиле Одисси. Лишь только заиграла запись с музыкой, посмотреть на ее представление собралась огромная толпа людей. Когда танец закончился, ей аплодировали сотни.

Я чувствовал себя измотанным из-за непрекращающейся жары, которая не уменьшилась даже к вечеру, поэтому встал и отошёл в сторону магазинчика, где от кондиционера шли потоки холодного воздуха. Пока я стоял, наблюдая за вдохновеным киртаном, ко мне приблизился хорошо одетый пожилой человек. У него была восточная внешность и проницательные голубые глаза. Я заметил, что он следует за нашей харинамой уже несколько часов.

Он подошел и встал прямо напротив меня, внимательно изучая мое лицо. Он стоял, не сводя с меня глаз, и легкий ветер слегка трепал его длинные седые волосы. Мне стало немного не по себе, но я решил проявлять терпение.

Наконец он заговорил:

– В свои 59 лет вы обладаете завидной силой и стойкостью. Если бы не постоянные переезды, ваше здоровье было бы отменным.

– Что? – сказал я. – Откуда вы знаете, что мне 59 лет, и что я много путешествую?

– Я читаю по лицу,- мягко ответил он, продолжая пристально разглядывать меня. – Однако безграничный запас жизненных сил, которым вы обладаете, не принадлежит вам. Он исходит от вашего учителя. А тот, в свою очередь, получает это свыше.

Я был потрясен услышанным.

– Сейчас у вас много последователей и будет ещё больше. Но вы всегда должны помнить причину, по которой они появились: услышать от вас то, чему учил ваш учитель.

Я мог только кивнуть в знак согласия.

Он медленно отошел назад и осмотрел меня сверху до низу.

– Ваша печень находится не в очень хорошем состоянии, и у вас какой-то нехороший вирус, – заметил он.

– Да нет, сэр, – сказал я. – Всего лишь дурацкий грипп. Уже всё закончилось.

– Ещё нет, – возразил он. – Именно из-за этого ваша миссия здесь будет успешной лишь отчасти.

И с этими словами он повернулся и зашагал прочь. Я стоял, пытаясь осознать произошедшее, тем временем подошли парень с девушкой.

– Нам понравилось, как вы пели, – сказал парень по-английски. – Вы буддисты?

– Нет, – сказал я. – Мы из общества сознания Кришны. У нас здесь небольшой центр. Вот приглашение на программу завтра вечером.

– Мы решили, что вы буддисты, раз разговаривали с тем китайцем, – присоединилась к разговору девушка. – Он известный в нашем городе доктор китайской медицины. Живёт здесь уже 30 лет.

– Изучив лицо, он может видеть, есть ли у вас какие-то заболевания, – сказал парень, – также может предсказывать будущее. Но не спрашивайте его. Он расскажет сам, если почувствует, что в том есть необходимость.

– Он вылечил многих знакомых моих родителей, – добавила девушка.

– Да, он сказал мне потрясающие вещи, но ошибся насчет вируса гриппа. Я уже поправился. В любом случае, постарайтесь побывать на нашей завтрашней программе. Я буду рассказывать о реинкарнации.

– Здорово! – воскликнула девушка, – звучит заманчиво. Мы придем, обязательно.

Мы вернулись в центр около часа ночи, и я мгновенно уснул. Проснувшись утром, я сразу почувствовал температуру, ломоту и боль по всему телу.

Я взглянул на только что проснувшегося Тару:

– О, нет. Грипп вернулся, уже в третий раз.

Я вспомнил о предсказании китайца, повернулся на бок и натянул на себя одеяла.

По моей просьбе этим же утром преданные, чтобы не подхватить простуду, перевезли меня в близлежащий отель. После этого они отправились на харинаму. Весь день, выглядывая из окна, я мог видеть их, вдохновенно воспевающих святые имена. Вечером программа в центре прошла без моего участия.

– Программа прошла замечательно, – сообщил Тара, пришедший меня навестить, – но без вас, конечно, было не то.

Весь следующий день у меня был жар, и я лежал в постели. Однако я был решительно настроен поучаствовать во второй, заключительной, программе этим вечером в нашем центре. В шесть вечера я позвонил Таре с просьбой забрать меня из отеля.

– Вы уверены, Махараджа? – спросил Тара.

– Да, – ответил я, накрывая влажной тканью голову, – мне гораздо лучше.

Приехав в центр, я изобразил большую улыбку, чтобы убедить всех, что я здоров, и отправился давать лекцию. Пока я говорил, я забыл о своей болезни, и позже уже воспевал и танцевал вместе со всеми. Как только гости разошлись, подошла Радха Сакхи Вринда:

– Гуру Махараджа, – сказала она, – вам не следует проводить программы, когда вы так больны.

– Я не хотел упускать возможность попроповедовать. Греция такое вдохновляющее поле проповеди.

– Тем не менее, – настаивала она, – вам не следует так напрягать себя.

– Китайский предсказатель судьбы говорил, что наши программы будут успешными лишь частично, но он не сказал, что все они будут неудачными,- сказал я, усмехнувшись. – Так что я должен был посетить хотя бы одну из них.

– Хорошо. Спасибо, что приехали к нам. Никто сюда не приезжает, хотя вы могли убедиться, какой интерес вызывают у людей программы, – сказала она.

Когда я собирался уезжать, ко мне подошла одна женщина.

– Ваш учитель когда-либо бывал в Греции? – спросила она.

Я остановился, чтобы немного подумать.

– Нет, насколько мне известно, – ответил я.

– Очень жаль, – сказала она,- я думаю, даже короткий визит мог бы многое изменить в этой стране.

Ранним утром следующего дня мы с Уттама-шлокой поймали такси до аэропорта. Пока мы ехали, таксист на ломаном английском поинтересовался у меня:

– Вы из какого-то духовного движения?

– Да, так. Из движения Харе Кришна, – ответил я.

– Как вам понравились Фессалоники? – спросил он.

– Очень красивый город, – сказал я.

– Верно,- согласился таксист,- и люди здесь с открытыми мозгами. Уважают другие культуры.

– Вы хотите сказать “с умом, восприимчивым к новым идеям”? – сказал я с улыбкой, поправляя его английский. – Да, вы правы, нас здесь очень хорошо приняли.

– Я вижу, вы – духовный человек. Не могли бы вы научить меня, как стать умиротворенным? – попросил таксист. – Я весь день и пол-ночи провожу в такси. Сплошной стресс и напряжение.

– Хорошо, – сказал я, – я могу научить вас песне, которая даст вам мир и счастье, где бы вы ни были. Она состоит из различных имён Бога на санскрите.

– Я готов, – сказал таксист.

– Повторяйте за мной, – сказал я, и научил его Харе Кришна маха-мантре, слово за словом. – Харе Кришна, Харе Кришна, Кришна Кришна…

– Мне понравилось,- сказал таксист, когда мы закончили.

Когда мы приехали в аэропорт, он подогнал машину прямо к тротуару. Как только мы распахнули двери машины и вышли, парень вынул наши вещи из багажника и передал нам. А затем сел обратно в такси.

– Прошу прощения, сэр,- окликнул я его, – сколько мы вам должны?

– Во сколько можно оценить умиротворение, – ответил он с улыбкой и отъезжая, принялся напевать Харе Кришна мантру.

Вечером я наткнулся на одну из бесед Шрилы Прабхупады:

“Леди: В какой из европейских стран движение сознания Кришны будет самым влиятельным и успешным?

Прабхупада: Повсеместно.

Леди: А в Греции?

Прабхупада: В Греции я никогда не был.

Сатсварупа: Вы говорили, что были в аэропорту в Афинах, и люди там воспевали.

Прабхупада: Да, это так.

О’Грэди: Правда?

Леди: Мне кажется, что в Афинах они бы подверглись опасности. Никак это движение не может быть успешным ни Афинах, ни в Греции вообще.

Прабхупада: Это был транзитный перелет из Лондона в Найроби. Несколько молодых людей в зале ожидания стали петь Харе Кришна, как только увидели меня.

О’Грэди: Неужели? В Греции, в Афинах?

Прабхупада: Да, в Афинах.

О’Грэди: Невероятно.

( из разговора с ирландским поэтом Десмондом О’Грэди, май 1974 )